42 views 12 secs 0 comments

Действия Федеральной торговой комиссии против Скотта Шеффилда зашли слишком далеко

In Энергия
03 мая, 2024

Для всех того, что экономисты любят думать, что они занимаются объективной наукой, правда заключается в том, что они часто поддается моде. Не в смысле моды на одежду, а идеологической. Долгие годы предлагалось использовать осторожный подход к антимонопольным действиям, считалось, что крупные фирмы имеют более низкие издержки, что приносит пользу потребителям. Сейчас маятник качается в другую сторону, по крайней мере, в Федеральной торговой комиссии, где под президентом Байденом увеличился регуляторный контроль.

Последним примером стал шаг ФТК по предотвращению вступления CEO Pioneer Скотта Шеффилда в совет директоров Exxon после поглощения той компании Pioneer, потому что “он верил и действовал так, будто мог убедить своих конкурентов присоединиться к нему в сговоре ограничить выпуск и повысить цены.” (заявление комиссара Лины Хан.)
Основой для этого являются повторные призывы Шеффилда к своим коллегам-производителям нефти сдерживать инвестиции, чтобы избежать падения цен. “Высокая добыча в Пермском бассейне, – цитирует ФТК Шеффилда, – понизила цену на нефть на 20-30 долларов, поэтому любое слияние увеличивает “риск координации” (заявление ФТК). Комиссия ссылается как на его повторяющиеся заявления, так и на его встречи с высшими должностными лицами ОПЕК и другими на конференциях, даже на закрытых ужинах. Его призыв, на начальном этапе пандемии Covid-19, к Техасской комиссии по железной дороге (ТКЖД) ввести квоты на добычу, делает его звучать так, как будто он ищет эквивалент картели, которая явно назначает уровни производства, что ТКЖД делала с убывающим успехом до 1970 года.

Почему удерживать его вне совета? Можно возразить, что удерживать Шеффилда вне совета Exxon это как запретить хакеру пользоваться интернетом, и именно такое мнение выражает ФТК. Они заявляют: “Назначение г-на Шеффилда в совет директоров Exxon после слияния дало бы ему большую платформу, с которой он мог бы выступать за более широкую отраслевую координацию, а также принимать решения не только в крупнейшем производителе в Пермском бассейне, но и крупнейшей многонациональной супермажорной нефтяной компании.”

Честно говоря, я не согласен с повторными призывами г-на Шеффилда к компаниям, добывающим сланцевую нефть, избегать чрезмерных инвестиций, так как это противоречит принципам открытой конкуренции и свободных рынков. С другой стороны, это скорее случай собаки на драйве, говорящей, что она поймала машину, которая стоит там. Капитальная дисциплина была навязана скорее рыночными условиями (такими как крах цен на нефть в 2015 году), чем настойчивыми доводами конкретного лица.

Действительно, инвесторы Уолл-стрит всегда стояли во главе призывов капитальной дисциплины, наряду с многими другими руководителями отрасли на протяжении всей ее истории. И они были успешными – до 1960-х годов. Семь сестер и Техасская комиссия по железнодорожному транспорту имели некоторый успех в назначении квот, потому что а) они имели огромную долю рынка; и б) они обладали механизмами принуждения. У ТКЖД были техасские рейнджеры, а у Семи Сестер были взаимосвязанные производственные соглашения, позволявшие им знать о перепроизводстве и наказывать его. Ничего подобного сейчас не существует в американской отрасли. Какую рыночную силу получил бы Exxon с Шеффилдом в совете? Во-первых, объединенные компании занимали бы около 12% добычи в Пермском бассейне, не совсем доминирующую позицию. И их земельные участки площадью 1,3 миллиона акров также были бы далеки от доминирования: у Occidental было 2,9 миллиона акров, у Chevron 2,2 миллиона акров и у ConocoPhillips 1,0. Объединенные владения Exxon-Pioneer составляли бы около 10% оценок Геологической службы США для Делавэрского бассейна Пермского бассейна. (Мидлендский бассейн имеет еще 10 миллионов акров.) Даже если бы Exxon полностью прекратил бурение, влияние на добычу в Пермском бассейне было бы незначительным. И другие производители приветствовали бы такой шаг, воспользовавшись бездействующими буровыми установками.
Правда, что иногда нефтяная отрасль действует сообща, но это является реакцией на общие стимулы: высокие маржи на переработку приводят к массовым инвестициям в модернизацию, обвал цен на нефть ведет к снижению бурения и т.д. Идея, что Скотт Шеффилд мог бы, будучи членом совета директоров Exxon, помочь убедить значительную часть отрасли сотрудничать, является нонсенсом. Годы тому назад я сравнивал управление ОПЕК с попыткой загнать кошек. Пытаться организовать добытчиков сланцевой нефти больше похоже на загон орангутанов.